rus eng

Российский легпром

| Печать |  E-mail
Новости
Автор по материалам Retail.ru   
25.08.2010 г.

shveinaya100.jpg Российское правительство решило возродить отечественную текстильную промышленность, осложнив жизнь оптовым рынкам с ширпотребом из Китая. В итоге в этот сегмент действительно пошли инвестиции, однако пока объем производства очень мал, а большинство игроков предпочитают просто шить в России вещи из китайских и пакистанских тканей.

О причинах закрытия Черкизовского рынка ходили разные слухи. Согласно самой популярной версии, совладельцу Черкизона Тельману Исмаилову боком вышло строительство в Турции отеля Mardan Palace стоимостью в $1,6 млрд, а также его помпезное открытие в присутствии Моники Беллуччи и Ричарда Гира.

Однако, есть другое, гораздо более логичное и прагматичное объяснение. Дело в том, что накануне закрытия рынка глава Минпромторга Виктор Христенко выступил с докладом о стратегии развития российской легкой промышленности до 2020 года. Согласно данным министра, челночная торговля убила отечественный легпром, и, несмотря на $2,5 млрд госинвестиций, наш текстиль находится в критическом положении.

Иностранцы в России

По информации «Ко», обновленные данные могли бы порадовать Виктора Христенко, так как в настоящий момент на текстильном рынке стали появляться новые игроки. «Я знаю, что в России собираются налаживать производство сразу несколько западных компаний, в частности одна австрийская, также знаю об интересе со стороны некоторых турецких производителей», – рассказывает Александр Ушаков, гендиректор компании «Нордтекс», занимающейся выпуском домашнего текстиля и тканей для спецодежды.

В 2010 г. «Нордтекс» открыл технопарк на пустующих площадях своего производственного комплекса под Иваново. По словам Ушакова, в этом технопарке планируют разместить свое производство сразу несколько иностранных игроков.

Более того, по мнению представителя китайской фирмы «Тао Хуа» в России Тамары Петровой, тренд переноса производства в нашу страну наметился после кризиса. «Я слышала о планах инвестиций в Россию сразу нескольких компаний», – говорит эксперт. Прежде всего к нам приходит сама «Тао Хуа» – это достаточно крупная компания, производящая трикотажную одежду для детей для нескольких мировых брендов в Поднебесной. Однако заказчики не любят рассказывать, что сотрудничают с китайцами. Тамара Петрова отказалась назвать и марки, на которые работает компания, так как это запрещено условиями контрактов. Обороты и объемы производства также не разглашаются. Впрочем, участники рынка уверяют, что «Тао Хуа», например, шьет детскую одежду для Mexx.

Однако, в любом случае в Россию «Тао Хуа» намеревается заходить с собственной маркой, создающейся специально для нашей страны. В первую очередь компания планирует наладить у нас швейное производство, а трикотажная ткань будет импортироваться из Китая. Между тем «Тао Хуа» уже нашла площади под производство в Ивановской области, где ее устроили цены на электроэнергию. «Дело в том, что выпуск трикотажа очень энергоемок, и расценки на электроэнергию крайне важны.

Российский рынок очень интересен, проблема в том, что логистическое «плечо» из Китая слишком длинное», – разъясняет Тамара Петрова. По ее словам, компания уже давно присматривалась к нашему рынку, и было принято решение «заходить» именно сейчас, так как после кризиса еще есть возможности для размещения производства и можно найти подходящий участок. «Мы планируем получить высокую оборачиваемость продукции за счет сокращения логистики и рассчитываем на быструю окупаемость проекта, так как рынок детской одежды из трикотажа в России не заполнен. Сроки окупаемости, по нашим оценкам, должны составить от 1,5 до 2 лет», – говорит эксперт. При этом речь идет об инвестициях в несколько миллионов долларов, а объем производства должен быть сопоставим с объемом выпуска тканей на принадлежащем «Нордтексу» комбинате «Родники», где «Тао Хуа» в настоящий момент арендует площади. Объем производства текстиля на «Родниках» в последние годы составлял около 20 – 30 млн метров ткани в год.  

Кроме того, выпуск трикотажа в Ивановской области начала компания турецкого происхождения «Дилан-Текстиль». Она работает на текстильном рынке около 9 месяцев и занимается изготовлением трикотажной ткани, а также планирует выпускать готовые изделия и пряжу.

По данным участников рынка, планы по созданию производства в России имеет также словацкая фирма Prevent, изготовляющая чехлы для автомобильных сидений и рукавицы для спецодежды. Одновременно с ней отечественные площадки для размещения производства изучает Конфедерация бизнесменов и промышленников Турции (TUSKON). «Будет очень хорошо, если турки все-таки действительно вложатся в выпуск ткани в России. Это даст толчок и развитию швейного производства, но, скорее всего, их производство в РФ будет каплей в море.

Производство текстиля традиционно низкорентабельно», – рассуждает президент Finn Flare Ксения Рясова.

По словам президента Российского союза предпринимателей текстильной и легкой промышленности Бориса Фомина, в среднем рентабельность предприятий по производству тканей и пошиву изделий из текстиля составляет 2,5%.  

Сезон постельного белья

В технопарке «Нордтекса» появилось и несколько российских инвесторов, правда, пока совсем некрупных. По мнению Александра Ушакова, «открыть свой пошивочный цех весьма недорого». «Текстилем мы стали заниматься с апреля этого года. Производим постельное белье, подушки, одеяла и матрасы», – рассказывает владелец компании «Феникс» Юрий Ситнов. По его словам, пока они производят в месяц примерно 10 000 комплектов белья и примерно столько же подушек и одеял, но к концу 2010-го планирует в 2–2,5 раза увеличить объем и выйти на розничный рынок. При этом «Феникс» работает в самом низком ценовом сегменте: комплект постельного белья стоит от 230 до 400 руб.

Для примера: первоначальные инвестиции Ситнова в оборудование составили около $15 000. Впрочем, «Феникс» занимается лишь швейным бизнесом и использует пакистанскую ткань.

«Собственную ткань в России производят очень мало», – объясняет Юрий Ситнов, уточняя, что успех его бизнеса зависит от того, удастся ли ему наладить бесперебойные поставки ткани из Пакистана. По оценкам Бориса Фомина, объем розничных продаж товаров швейной и кожевенной промышленности достигает в РФ 1,7 трлн руб., из которых 23% составляет отечественное производство, 27% приходится на легальный импорт, а 50% – контрабанда. Как утверждает эксперт, импорт всегда теснил отечественное производство.

По мнению генерального директора компании «С Текстиль» Дмитрия Ковалева, в целом на текстильном рынке импорт занимает около 70%. При этом местные компании были относительно сильны лишь в двух сегментах: домашний текстиль (в частности, постельное белье) и пошив спецодежды.

По данным исследовательской компании «АМИКО», в 2009 г. объем рынка постельного белья сократился на 29% и составил $2,6 млрд.

В структуре российского рынка постельного белья по-прежнему преобладает продукция отечественных производителей (82%), из которых наибольший удельный вес принадлежит компаниям полного цикла, а 18% рынка занимают товары импортного производства. Правда, импортная ткань для пошива постельного белья используется довольно активно. Более того, в сегменте постельного белья в кризис произошло падение спроса, продолжавшееся с конца 2008 г. до середины 2009 г.

По мнению экспертов, этот спад выбил почву из-под ног мелких пошивочных цехов. «Основные игроки с потерями разного рода дожили до оживления спроса», – констатирует Александр Ушаков. В частности, о банкротстве объявил лидер рынка – альянс «Русский текстиль», хотя ему в целом удалось сохранить свои активы, переведя их на новое юрлицо – «Макситекс». Процедура банкротства была начата и в Волжской текстильной компании, допустившей технический дефолт по облигационному займу.

Однако, благодаря вмешательству президента Чувашии Николая Федорова она была включена в число системообразующих предприятий и в итоге продолжает работать, правда, уже без доступа к кредитным ресурсам, постепенно выплачивая долги. С апреля 2010 г. началось новое серьезное падение спроса.

По мнению экспертов, частично «проседание» объясняется сезонным характером этого рынка. Весной и летом потребители по преимуществу покупают лишь самые дешевые комплекты белья из китайской или пакистанской ткани на дачу, а об обустройстве квартиры и приобретении качественного постельного белья начинают думать в основном осенью.

Однако, по словам Александра Ушакова, традиционная сезонность обычно составляла порядка 40% снижения продаж, а в этом году падение достигло всех 70%.  

  Поближе к магазину

По словам Александра Ушакова, вложения в домашний текстиль со стороны новых игроков можно объяснить тем, что инвесторы рассчитывают на предстоящий рост рынка. «Очевидно, что рынок лежит на боку и если не достиг дна, то в ближайшее время его достигнет, а затем должен начаться рост», – рассуждает эксперт. Считается, что в России покупают один комплект белья на три года, в то время как в целом в Европе на одного жителя приходится один комплект белья в год, а, например, в Италии, где любят красивый домашний текстиль, покупают целых 4 комплекта белья ежегодно.

Впрочем, до кризиса российский рынок постельного белья показывал рост на 15% в год. Между тем его участники не могут объяснить природу сильного падения продаж в 2010 г. и не представляют, как поведут себя покупатели с началом сезона. Более того, исследователи прогнозируют, что спрос на домашний текстиль в этом году вряд ли восстановится.

«Восстановление емкости внутреннего рынка до уровня докризисного (базового) 2008 г. произойдет в 2012 – 2015 гг.», – утверждается в исследовании «АМИКО». При этом ведущие игроки, такие как «Нордтекс», Волжская текстильная компания, «Макситекс» и TDL, могут похвастаться существенными свободными мощностями, так как инвестиции в домашний текстиль сейчас многие считают рискованными.

Например, сам Александр Ушаков планирует вкладываться в совсем другой сегмент текстильного рынка – в ткани для спецодежды. Дело в том, что в России наметился настоящий дефицит как самой спецодежды, так и тканей для нее.

Падение спроса на спецодежду в 2009 году по отношению к 2008-му было обвальным, так как если промышленная компания занята проблемой выживания, она не закупает спецодежду. В итоге спрос на эту продукцию упал в 2–3 раза. Однако в 2010 г. рынок резко начал расти. Во-первых, по мнению экспертов, это объясняется фактором отложенного спроса. Во-вторых, после серии пожаров и аварий, в частности на шахтах, никакая из промышленных организаций не хочет ссориться с Ростехнадзором, на который возложен контроль за безопасностью производства, в том числе за применением спецодежды.

«Все мощности, что у нас есть, уже задействованы, все, что мы могли продать, уже продано. Продажи выросли в два раза. Если бы у нас была возможность поставить на рынок еще продукцию, то продажи выросли бы и в три раза. Ткани для спецодежды продаются исключительно на условиях стопроцентной предоплаты», – рассказывает Александр Ушаков. По его словам, расширение производства тяжелых тканей, в том числе тканей для спецодежды, вопрос небыстрый, так как только один станок обойдется в $100 000. Более того, запуск такого производства – дело непростое, тяжелые ткани, в частности, нужно изготовлять в помещениях с искусственным климатом – с определенными температурой и уровнем влажности.

Впрочем, некоторые эксперты считают, что ситуация с ажиотажным спросом на спецодежду временная. «Своей ткани очень мало, а импорт просто не успели завезти. «Нордтекс» изготовляет лишь хлопчатобумажную ткань, а для многих производств требуется ткань с полиэфиром. При этом ее выпуск находится в плачевном состоянии. Причем российские производители возят суравье (основу для производства тяжелых тканей. – Прим. «Ко») из Китая, так как прядение и ткачество у нас уже умерли», – сетует Дмитрий Ковалев.

В целом на текстильном рынке, по его словам, доля импорта снижалась в кризис, однако сейчас объемы поставок восстановились. «У нас текстильная отрасль слишком в плохом состоянии, существует огромная проблема с кадрами, катастрофически сложно найти квалифицированных людей.

Хотя и в Китае происходят перемены: ежемесячная зарплата в $50 там уже в прошлом, а рабочим нужно платить по $300 – 350 в месяц», – говорит эксперт. В итоге зарплата в КНР сравнялась с уровнем оплаты труда в депрессивных российских регионах.

Дело в том, что после вступления Поднебесной в ВТО работодатели вынуждены были ввести два выходных и восьмичасовой рабочий день. Даже если работодатели эти нормы успешно обходят, то за переработку они все равно вынуждены своим работникам доплачивать. «Если так пойдет и дальше, еще вопрос, останется ли Китай основным текстильным центром», – рассуждает Дмитрий Ковалев.

Впрочем, по словам Ксении Рясовой, производительность труда в КНР в два раза выше, чем в нашей стране. «Развивать в России швейное производство неприбыльно, в любом случае нужно везти ткань и платить за нее пошлину. Лучше везти готовые вещи и платить пошлину уже за них», – полагает эксперт.

Индекс популярности, компаний (марок)

«НовоТекс» – 25%

«Самойловский текстиль» – 17%

«МК-Текс» – 9%

«Чебоксарский ХБК» – 4%

Другие марки – 45%

Источник: исследовательская компания «АМИКО» 

В итоге известные марки одежду у нас практически не производят, так как качество сопоставимо, а окончательная себестоимость единицы продукции в случае выпуска одежды в России как минимум на 15 – 20% выше, чем в Китае.

«На сегодняшний день в России изготовляются лишь небольшие локальные партии для нескольких российских сетей», – рассказывает Андрей Ященко, операционный директор компании Maratex, которая продвигает в России марки Esprit, Lulu Castagnette и Peacocks.

В то же время недавно о планах по переносу в Россию от 10 до 20% объемов своего производства заявила корпорация Sela. «Работа с отечественным производителем позволяет нам быть более мобильными за счет сокращения сроков производства маленьких партий товара, а также сроков их доставки до конечного потребителя», – утверждает генеральный директор Sela Наталья Чиненова.

Впрочем, по мнению Ксении Рясовой, скорее всего, локализованное производство обеспечит не более 5% от всего производства Sela и коснется лишь отдельных позиций. «Доля таких товаров вряд ли будет превышать 1% в товарообороте ввиду малочисленности качественных российских производителей и высоких цен», – считает Андрей Ященко.

Чтобы что-то действительно изменилось и можно было бы говорить об инвестициях в отечественный текстиль как об устойчивом тренде, по мнению Дмитрия Ковалева, нужны специальные льготные условия для инвесторов, как это было сделано в Пакистане.

«Есть и еще один вариант: подождать, пока уровень китайских зарплат превысит российский, благосостояние китайцев вырастет и страна переориентируется с экспорта на внутреннее потребление», – говорит эксперт.

Но пока такое развитие событий выглядит слишком уж фантастически.